Театр на коленях: как проступок в ленинградском поезде чуть не стоил Евгению Мишакову карьеры в ЦСКА
Евгений Мишаков - настоящая глыба столичного ЦСКА и один из самых несокрушимых богатырей в истории советского хоккея. Парень из небольшого подмосковного села Никиткино отдал армейскому клубу 11 ярких сезонов. Выдерживать безумную конкуренцию в сильнейшем коллективе СССР на протяжении десятилетия удавалось единицам, но Мишаков был на особом счету у великого Анатолия Тарасова.
Жесткий наставник ценил форварда за абсолютную преданность и феноменальный болевой порог: Евгений шел в бой с переломами ребер, носа, ключицы и даже бедра. Ради такого бойца Анатолий Владимирович был готов закрывать глаза на грехи, которые любому другому игроку стоили бы места в команде.
Ностальгия с градусом в купе до Ленинграда
Самый громкий скандал с участием двукратного олимпийского чемпиона разыгрался на рельсах по пути в Ленинград. Тренеры разрешили Мишакову встретиться в поезде с давним товарищем, который ехал тем же рейсом. Однако радость от встречи быстро вымела из головы нападающего мысли о спортивном режиме и профессионализме. Душевные разговоры затянулись до глубокой ночи, а на столе помимо плотной закуски появилось внушительное количество алкоголя. В самый разгар веселья Мишаков отправился в коридор вагона, где нос к носу столкнулся с проснувшимся Тарасовым. Вид хмельного лидера сборной поверг строгого наставника в шок.
«Отец родной!»: как разгневанный Тарасов сменил гнев на милость
Утром в Ленинграде Анатолий Владимирович немедленно созвал экстренное командное собрание. На кону стояло отчисление форварда из ЦСКА - Тарасов, несмотря на всю любовь к игроку, не прощал публичного попрания дисциплины. Ситуацию спас актерский талант и искреннее раскаяние нарушителя. Прямо посреди разбора полетов Мишаков рухнул перед тренером на колени и эмоционально выдал: «Отец родной! Прости - больше такого не повторится!» Партнеры по команде дружно поддержали провинившегося друга, а сам Тарасов, будучи тонким психологом, понял: раскаявшийся Мишаков на льду расшибется в лепешку, но отработает этот долг. Нападающего оставили в обойме, и тренер ни разу об этом не пожалел.
Токарь четвертого разряда и душа армейской раздевалки
Эта театральная уловка с коленопреклонением не раз выручала хоккеистов ЦСКА. Как позже вспоминал его партнер по сборной и клубу, защитник Владимир Лутченко, Евгений обладал удивительным даром гасить гнев великого тренера:
«Бывало, когда мы нарушали режим, Тарасов был готов на самые суровые меры. И тут Женя становился на одно колено и театрально обращался к тренеру: "Прости, отец родной!" Анатолий Владимирович моментально оттаивал».
За пределами катка Мишаков оставался незаменимым человеком в быту. Выпускник ремесленного училища и токарь четвертого разряда, он обладал по-настоящему золотыми руками. В эпоху, когда советские хоккеисты сами следили за инвентарем, вся команда шла к Жене: он мастерски точил коньки, латал тяжелую форму и всегда был готов прийти на выручку.